То, что коту не понравился новый корм, стало понятно примерно сразу. Намеков Черчилль (а именно так звали кота) не любил и считал их недостойной тратой времени и сил, поэтому в ход пошли самые тяжелые аргументы.
Первым на полу оказалось денежное дерево, оно-то и стало символом кошачьего бунта, мол: «Жалеете денег на корм? Значит, не бывать финансовому благополучию в этом доме минимум лет семь». Мяу-мяу, которое доносилось из самых черных недр кошачьей души, напоминало перевод Гаврилова из эпохи…