Место для рекламы

Фрагменты биографии гениального скрипача Яши Хейфеца

(02.02.1901 - 10.12.1987)

Яша (Иосиф Робертович) Хейфец уже при жизни стал легендой, его называли императором скрипки. Крупнейший немецкий скрипач Карл Флеш писал о Хейфеце: «Он, бесспорно, редставляет собой вершину современного развития нашего искусства. Прежде всего достойна удивления его постоянная, ничем не скованная техническая оснащенность. Ему не нужно „разыгрываться“. Пальцы и смычок действуют безотказно, словно машина, которая нажатием кнопки сразу же начинает работать во всю мощь. Тон Хейфеца благороден и чарующе красив, техническое мастерство не имеет изъянов… Граммофонные записи Хейфеца принадлежат к самым совершенным, так что слава о нем надолго переживет его…».

Когда в классе знаменитого скрипача, профессора Петербургской консерватории Леопольда Ауэра появился новый ученик — Яша Хейфец, он был совсем еще малыш в костюме с короткими штанишками. Однако на своей маленькой детской скрипке мальчик принялся весьма уверенно играть концерт Глазунова, посвященный Ауэру. Профессор был в ту пору уже немолод. Закрыв глаза, он сидел в кресле и, казалось, дремал… Играя, мальчик поглядывал на своего будущего профессора и, стараясь привлечь его внимание, сыграл одно аллегро весьма вяло и остановился… Ауэр нехотя открыл глаза.

— Я сейчас сыграл аллегро, — сообщил мальчик.
— Я слышал, — ответил профессор. — А вам понравилось?
— Не знаю, — ответил Ауэр.
— А как нужно, чтобы понравилось? Ауэр взял в руки детскую скрипку и заиграл ту же музыку с неподражаемым артистизмом и вдохновением. Закончив концерт, он устало сказал:
— Вот так.

— Поздравляю вас! — сказал юный скрипач. — У вас хороший вкус. А я-то боялся,
что вы останетесь довольны тем, как я сыграл это аллегро… Ведь, откровенно
говоря, я сыграл его очень плохо.

Хейфец был лучшим учеником петербургского скрипача Леопольда Ауэра, для которого писали Чайковский и Глазунов и который создал русскую скрипичную школу, ставшую в XX веке самой авторитетной в мире. Судьба Хейфеца сложилась фантастически благополучно. Родившись в городе Вильно в семье бедного скрипача, он, будучи трех лет от роду, получил от отца в подарок маленькую скрипку. Феноменальные способности у ребенка обнаружились сразу; уже в шесть лет Хейфец сыграл концерт Мендельсона.
Сам Глазунов, директор Петербургской консерватории, выхлопотал у царя
специальное разрешение, позволившее семье поселиться в столице, чтобы мальчик мог учиться у Ауэра. В 1912 году Хейфец с триумфом исполнил в Берлине концерт Чайковского, а в 1917 году, подписав контракт, эмигрировал в Америку.

27 октября 1917 года Хейфец дебютировал в нью-йоркском Карнеги-холле, после чего его безоговорочно признали «скрипачом номер один». Его образ жизни образцово соответствовал статусу звезды. Голливудские съемочные группы просто фиксировали, как Хейфец ухаживает за розами на своей вилле, играет в теннис, водит автомобиль и занимается, используя для гамм и этюдов специально предназначенную для этого «простую» скрипку, а для концертного репертуара — два бесценных инструмента работы Страдивари и Гварнери дель Джезу. В 1939 году в Голливуде был снят художественный фильм They Shall Have Music («Им нужна музыка»), где скрипач сыграл самого себя — легендарного Хейфеца, чей приезд спасает от закрытия музыкальную школу и решает судьбу героев. В титрах так и написано: в роли Хейфеца — Яша Хейфец.

К услугам музыканта были лучшие оркестры, дирижеры и пианисты, которых он выбирал, устраивая строгие конкурсы. Концертмейстера Брукса Смита, с которым Хейфец работал с 1954 года до своего последнего концерта в 1972 году, скрипач выбрал, прослушав 75 пианистов.
Хейфец одним из первых в мире получал доступ к технологическим открытиям в области звукозаписи, которая в тридцатые годы стоила невероятно дорого. Он первым осуществил уникальный для своей эпохи трюк: записал по отдельности обе партии концерта Баха для двух скрипок, которые
затем были объединены. А когда появилась возможность записывать большие куски музыки, Хейфец выбрал не шлягер, а 5-й концерт Моцарта. Иначе говоря,
подчеркнул, что намерен утвердиться перед широкой публикой как серьезный
музыкант.

Имидж и амплуа звезды порой парадоксальным образом мешали современной Хейфецу публике считать его не только блестящим виртуозом, но и интересным интерпретатором. Об этом еще в 1934 году писал авторитетный советский педагог Израиль Ямпольский в рецензии на выступления артиста в России: «Видеть в Хейфеце лишь только виртуоза — значит не видеть главного. Скрипач, о широте творческих устремлений которого говорит предельное
совершенство исполнения таких полярно противоположных по своей музыкальной природе произведений, как, например, концерты Вьетана и Брамса, не может быть причислен к разряду только блестящих скрипачей-виртуозов… Хейфеца надо уметь слушать». Хейфец модернизировал школу Ауэра, практически создав свое направление.

Гастроли 1934 года остались единственным визитом Хейфеца на родину после его отъезда в Америку. За 17 дней в Москве и Петербурге музыкант дал 13 концертов, мастер-класс, встретился в Московской консерватории со студентами. После концертов Хейфеца провожали до гостиницы восторженные толпы, всякий раз перекрывавшие движение по Большой Никитской. В эти же дни музыкант встретился с оставшимися в России родственниками, которые передали ему хранившуюся все это время его первую маленькую скрипку.

После триумфального выступления Хейфеца в Лондоне к нему в артистическую зашел Бернард Шоу и с серьезным видом посоветовал молодому артисту:
— На этом свете не может быть ничего совершенного. Ваша игра очень опасна, она может возбудить зависть богов. Я бы вам советовал каждый вечер перед сном брать хотя бы одну фальшивую ноту, благодаря чему вы станете похожим на обыкновенного смертного…

Яша Хейфец решил воспользоваться тем, что он едет в купе поезда
один, вынул из футляра скрипку и стал упражняться. Проходивший до коридору
проводник отворил дверь купе и строго заявил:
— Вы можете себе играть, мне это не мешает, но не вздумайте заниматься
собиранием милостыни в поезде — это запрещено законом!
— О, не беспокойтесь, любезный, — ответил Хейфец. — Я всего лишь готовлюсь к
сбору милостыни… в самом большом концертном зале Нью-Йорка

У Хейфеца было два любимых тоста: первый «За всеобщее непонимание» и
второй — «За комнату без углов». Он говорил по-русски и читал русскую
литературу.

У Хейфеца были две скрипки — Гварнери и Тонони.
Скрипку Гварнери он завещал музею в Сан-Франциско с примечанием о том, что на этой скрипке могут играть только «достойные.

АФОРИЗМЫ

Громче всего требуют тишины.

Люди говорят — уходит время. Время говорит — уходят люди.

Красота спасет Мир, если она добра. Но добра ли она? Не красота
спасет Мир, а светлые помыслы. Ибо какой прок от надменной и безбожной красоты?

Не все в жизни выбираешь, иное- выбирает тебя.

Не ищи повод, и так причин предостаточно.

·

·

·

·

Опубликовала    02 фев 2021
0 комментариев

Похожие цитаты

О нас думают плохо лишь те, кто хуже нас, а те кто лучше нас… Им просто не до нас

Опубликовала  пиктограмма женщиныРегина Магасумова  28 мар 2011

Как ни странно, детям по телевизору показывают тысячи способов как убить человека, но запрещено показать хоть один способ как зачат этот человек.

© Аngel555 47
Опубликовал  пиктограмма мужчиныАngel555  03 июн 2011

Однажды некий уважаемый горожанин пришёл к Соломону, наслаждавшемуся зрелищем рыб, плескавшихся в пруду, и поведал:
— Царь, я в замешательстве! Каждый день моей жизни похож на предыдущий, я не отличаю рассвет от заката, и больше не ведаю счастья.
Соломон задумался и сказал:
— Многие мечтали бы оказаться на твоем месте, обладать твоим домом, твоими садами и твоими богатствами. А о чём мечтаешь ты?
Ответил проситель:
— Сначала я мечтал освободиться из рабства. Потом я мечтал, чтобы моя торговля пр…

Опубликовал  пиктограмма мужчиныСаша  22 мар 2011

Дети всего внимательнее слушают тогда, когда говорят не с ними…

Опубликовала  пиктограмма женщиныNatylchik  18 июн 2011

Именно, когда тебе нужна помощь, понимаешь, кто друг, кто враг, а кто просто массовка…

Опубликовала  пиктограмма женщиныТори Виктори  26 мар 2011