«Эх, любовь! Что без денег делает тебя богатым! Эх, любовь! О которой в книжках ты читал когда-то," - неслось из радио дедушкиной машины.
Майя поежилась на теплом сидении. «Любовь-любовь! Да что вы все заладили! Что, о другом песен нет?» За окном уже мелькали заснеженные сосенки, горки, и елочки.
Ей, между прочим, скоро четырнадцать лет. Через неделю вон уже паспорт получать. А Майя свою любовь все еще так и не встретила и (только это страшный секрет!) даже не научилась целоваться! Нет, она, конечно, прочитала огромное количество полезных и очень познавательных статей по этой теме. А вот с практикой беда! Что бы с кем-то… По-настоящему!
Олька вон умеет, Ирка — умеет, и даже страшненькая Машка из хора целовалась целых четыре раза! «Вот сейчас мне четырнадцать. Через четыре года пора уж замуж выходить. И как я найду любовь за четыре года, если за четырнадцать лет, целых четырнадцать лет не нашла! Так ведь и умереть можно. Одинокой…»
— Выходи, принцесса, — улыбнулся ей дедушка.
Майя не заметила, как они приехали к санаторий «Улыбка». Здесь они отдыхали каждый год. Маме, бабушке и папе давали путевку с работы. Майе нравилось бродить среди сосенок, кататься на лыжах и с горок на ледянке, а вечерами пить вкусный чай с брусникой и пряниками.
«Здесь на лоне природы она на миг забывала тяготы одиночества," - как красиво звучит, надо бы записать в дневник! Дневник Майя вела с четвертого класса и писала туда свои мысли, замечания и планы на будущее (первым пунктом стояло, конечно, научиться целоваться).
Они вошли в двери старого уютного дома санатория. И вдруг! Детские голоса.
— Майя, в этот раз тебе не будет скучно. Смотри, сколько приехало детей! — улыбнулась ей мам, — Ну что, поехали на лыжах.
***
Она отталкивалась и скользила. Отталкивалась и скользила. Снег рассыпался искорками из-под ее ног. Ей казалось, если оттолкнуться посильнее, она непременно взлетит. Горка… ЕЙХУ!!!
Маяй зажмурила глаза от восторга. И через секунду поняла, что в кого-то врезалась.
Они лежали вместе на снегу. У него была дурацкая ушанка набекрень, похожая на летный шлем, куртка на размер больше, сильные руки и удивительно добрые глаза.
— Ты кто? — выпалила Майка, — Слушай… а я тебя того? Не убила? — осторожно добавила она.
— Неа. Я Руслан. Для друзей просто Русик. Пойдем в настольный теннис играть. Я тебе ракетку принесу.
И улыбнулся. Глазами. Майя раньше никогда не видела, как кто-то улыбается глазами. Ей вдруг стало очень хорошо и немного страшно.
— Сейчас, — пролепетала она, неуклюже поднимаясь. И вдруг как будто бы увидела себя со стороны. Смешной снеговичок с двумя свитерами под пуховиком, нелепо раскрасневшимися щеками и мокрыми от снега волосами.
Сначала ей нужно в номер!
***
Майя долго стояла под душем, не зная какую кофточку надеть. Да, она же не рассчитывала, что ей захочется наряжаться. Какая разница в чем кататься на лыжах!
— Маам! Можно я возьму твой свитер, — попросила Майя, краснея. Вдруг мама еще догадается! Расскажет дедушке с бабушкой. Вот будет ужас!
— Возьми, конечно! Наряжаться удумала, — улыбнулась мама, к счастью, ничего не заподозрив, — Я тоже все время таскала у мамы.
Из необходимого набора «чтобы стать красивой» у нее была лишь тушь и помада. Ну ничего! Пусть так!
«И вообще, с чего ты решила так вырядиться! Идешь играть в теннис. В обычный теннис!» — шипел голос разума.
— Майя, ты там долго! — раздался голос Русика. Майя снова вспыхнула. «Мама точно заметит!»
— О, наша принцесса уже друзей завела, — одобрительно кивнула мама, — Я тоже тогда побуду с друзьями. Не возражаешь?
***
Они играли в теннис вчетвером. Майя, Русик, Ляля мелкая и Паша. Майя по правде-то и играть как следует не умела. Но Русик показал ей как.
Он направлял ее руку, помогал ударить по мячику, и от этих прикосновений… Майя вообще не знала, что так бывает. Она быстро научилась играть не хуже Пашки, который ходил в теннисную секцию. Когда Русик смотрел на нее, Майкин мячик летел четко в цель. Два ноль. Три ноль. Десять три!
— Все время выигрываешь! Да что же это такое! — злился Пашка, — Какая-то магия!
— Магия, — улыбнулся Русик, и Майя почувствовала, что сейчас не устоит на ногах, — Можно и так сказать.
***
Они вместе со взрослыми катались на лыжах. Только Майя с Русиком уехали далеко-далеко. Взрослые такие медленные! За ними было увязалась Лялька, но они, не слушая нытья: «Подождии-ите. Не уезжа-айте!!! Пре-едатели!», обогнали и ее.
Они стояли на опушке леса, глядя на искрящийся снег и просто держались за руки. Все мысли и беды, да что там вся ее жизнь казалась какой-то детской и несущественной. По сравнению с этим снегом. Русиком в дурацкой ушанке. Они практически не говорили. Разве могут глупые слова выразить хоть что-то?
— Майя, ты где? — послышался голос ее бабули, — Принцесса, красота наша, ты где?
— Нам надо скрываться. Взрослые уже на хвосте, — принял решение Русик.
***
Скрывались они недолго. Вернулись в корпус, обыграли Пашку в теннис еще раз пять. Он обиделся и ушел в номер. Лялька отстала от них еще раньше, зато наябедничав взрослым, что они «прятались от нее в лесу».
Майя и Руслан решили погадать. Правда книги судеб у них не было. Зато в общем шкафчике нашелся том «Евгения Онегина».
— Гадать просто, объяснила Майя, слывшая в классе опытной «гадалкой», — Задаешь вопрос и открываешь загаданную страницу.
Она не знала, что Русик там загадал. Наверное, что-то очень приятное. Он прочитал и вспыхнул. И странно разулыбался. Сказал, что лучше пойти посмотреть телевизор. Они сели на общий диван в зале. Шла старая передача Задорнова, которую Майя с мамой и папой смотрели уже раз семь. Она знала каждую шутку, но смеялась. Мама говорила, что у нее чудесный смех.
Майя не поняла, как рука Русика оказалась на ее плечах. Не поняла как его губы оказались у ее губ. Она ничего не понимала!
Майя стыдливо оглянулась. Мамина начальница сидела позади и осуждающе качала головой.
— Я… Лучше пойду, — пробормотала она и выбежала из гостиной. К маме в номер быстрее! Случилось, такое, такое!!!
Вернуться в номер. Срочно. Пока не наделала глупостей.
***
У мамы в номере был накрыт стол. Она с друзьями по работе пила шампанское, закусывая тортом.
— О, моя пришла, — воскликнула мама, порываясь обнять Майю.
— Мам, нам надо поговорить, — забормотала девочка.
— Так говори! В чем проблема!
Мамины друзья затихли. Им тоже было ужасно интересно.
— Ничего, — пролепетала Майя. Ей плеснули шампанского. Отказаться было неловко, она же почти взрослая! Ей же почти четырнадцать. От шампанского голова закружилась еще сильнее. И… еще сильнее захотелось целоваться.
— Иди, еще поиграй. У нас тут взрослые разговоры, — подмигнула Майке мама.
И, добрая, выставила Майю из номера.
***
Целоваться оказалось совсем несложно. И просто удивительно… Они договорись «без глупостей.» Договорились просто вместе посмотреть телевизор. Договорились и уже через семь минут целовались. Сначала на том диване в гостиной. Потом под лестницей. Потом за шкафом с игрушками.
Они не замечали взрослых. А взрослые, кажется, видели их. Они шастали по гостиной. И по лестнице. И, даже мимо шкафа с игрушками!!!
— Нигде не спрячешься, — прошептал Русик, — Но я знаю надежное место. Я в фильмах видел! Там люди всегда люди целуются. Даже в аэропортах.
Надежным местом, в представлении Русика, оказался мужской туалет. Там их точно никто не потревожит, он был уверен. Они закрылись изнутри на задвижку, чтобы никто не мог проникнуть.
— Прямо как Ромео и Джульетта! — воскликнула Майя.
Забрались на закрытый унитаз и начали целоваться. Прерываясь лишь на страстные диалоги.
— Ты меня любишь? — шептала Майя.
— А ты еще сомневаешься?
— Ты будешь мне писать? И звонить?
— Каждый день. Каждый час, каждую минуту!!! И видеться. Часто-часто! Вместе навсегда?
— Навсегда! — И продолжили целоваться.
Но их счастье было недолгим. У забарикадированного туалета уже толпилась длинная очередь во главе с директором.
В дверь послышались грозные удары. Им больше было не до страсти. Они сцепились в объятьях. Как два преступника, ожидающих расплаты.
— Я открою. Ты спрячься в кабинке, — прошептал Русик, — Не бойся. Я тебя не оставлю!
«Какой же он у меня отважный!» — подумала Майя, подглядывая в щелку двери. И вдруг ее сердце упало. Прямо в трусы. В дверь туалета влетел ее дедушка. Она никогда его таким не видела. Его всегда доброе лицо разъяренно раскраснелось.
— Ты что закрылся? Больной что ли! — начал кричать он на Русика. Майя вся сжалась. Никогда еще за почти-четырнадцать-лет ей не было так страшно.
Он прошел мимо роковой кабинки. Фух, вроде пронесло. Ее немного отпустило. Но потом дедушка оглянулся. Увидел торчащие из-под двери кабинки Майкины тапки.
И все понял.
***
Скандал был ужасен. Русик сразу куда-то делся.
— Как тебе не стыдно! Ты хоть понимаешь! Я так как ты не целовался до двадцати двух лет! Чем это от тебя пахнет! Шампанским? Кого мы воспитали! На глазах у всех. Дочка заслуженного работника! Позор, ох позор! Мне позор! Моя внучка в тринадцать лет со всеми подряд такое себе позволяет, — причитал дедушка, хватаясь за сердце.
— Видишь, дедушке из-за тебя с сердцем плохо стало, — причитала бабушка, — Вдруг с ним что-нибудь случится? Вдруг инсульт?
«С моим дедушкой! Из-за меня!» — Майя почувствовала что вот-вот расплачется.
— Иди в номер к матери. И не выходи. Пока не переосмыслишь свое поведение. Уж от тебя-то мы такого не ожидали. Подумать страшно, что из тебя вырастет!
Гостей в мамином номере, слава богу, не было.
— Эх, хорошо отдохнули. А ты что такая красная? А ну давай температурку померяем.
Градусник показывал тридцать семь и пять.
— Случилось что ли что?
— Ничего, — пискнула Майя, упорно отводя глаза.
Мама, кажется, взглянула прямо ей в сердце:
— Рассказывай.
И Майя рассказала ей все. Ей было мучительно стыдно. Она старалась не плакать, почти-взрослые не плачут, но разревелась, как какой-то бестолковый дошколенок.
— Я правда люблю его! Очень! И из-за меня дедушке теперь плохо?
К ее удивлению, мама не стала кричать. Она обняла Майю, зарылась носом в ее волосы. Назвала не «бесстыдницей» или как похуже, а «своей маленькой дурочкой» И Майе вдруг стало понятно: что бы ни случилось, мама на ее стороне.
Периодически к ним в дверь стучали. Заходила бабушка еще раз «серьезно поговорить с внучкой». Заглянул дед. И даже мама Русика, чопорная женщина:
«У моего ребенка из-за вашей Майи поднялась температура! Из-за нее у него стресс! Кто бы знал, что ваша дочь такая…»
— Уходите все, — отрезала мама и захлопнув дверь.
— Руслан меня теперь бросит? — ревела Майя, — Это все из-за меня… я… я…
— Ты — маленькая дурочка, которая первый раз влюбилась. Знаешь, в чем между нами отличия? Я не попадалась!
Они с мамой сделали записку. Написали ее телефон, ник вконтакте, домашний номер. «Бедный Руслан. Наверное, ему ужасно досталось.» — думала Майя, закрывая глаза.
***
Записка не пригодилась. С утра, когда шли к общему завтраку, Руслан от нее шарахнулся как от прокаженной. Все обходили Майю. А старушка, какая-то начальница, даже прошипела ей в спину: «Позор!», но быстро заткнулась от грозного взгляда мамы.
Полдня Руслан собирал вещи и не выходил из номера. Майя подкараулила его, когда он вышел. Девочка собрала всю смелость в кулак и сказала:
— Вот. Может захочешь позвонить.
— У меня телефон сломан.
— Ну или написать.
— У меня вк глючит. Страницы не загружают.
Майя все поняла, но все-таки сунула записку, которую Русик демонстративно выбросил в мусорное ведро.
— Еще чего! Мне и так досталось! Все из-за тебя! Мама знаешь что думает о таких девушках как ты? Не подходи больше ко мне, — отрезал он.
***
Мама с Майей уехали из дома отдыха раньше остальных. Их забрал папа на машине. Мама рассказала ему все по телефону. Папа не стал ругаться, сразу приехал и обнял Майю и маму. И забрал их оттуда.
Когда она хотела заплакать в машине, он хихикнул:
— Да ладно тебе! Если бы я целовался на унитазе и тут на меня выпрыгнул наш дедушка на пару с директором, я бы тоже испугался, — и сделал такую смешную рожицу, что Майя как ни старалась, не смогла разрыдаться.
Они ехали втроем, слушали музыку. И Майя вдруг поняла:
«И как я могла не заметить? Любовь-то настоящая, вот она где! Мама с папой никогда не бросят. Не предадут. Да они стоят тысячи таких Русиков! А целоваться… оказалась не такая уж сложная наука! Еще встречу я свое счастье.
Не буду пока торопиться, — решила Майя, — Ведь я еще даже паспорт не получила. И вообще у меня в запасе еще целых четыре года!»
«Дельфин и русалка сюжет этой песни, моя подсказала гитара.
Дельфин и русалка, они если честно не пара, не пара, не пара.» — запело для Майи радио.