Выпадают сумерки крупной солью,
после сном забудется хуторок.
До утра шумит по всему раздолью —
трав несжатых ветреный шепоток.
Завершится скоро вечерний выпас,
а до дома близко ли, далеко…
…Это божий промысел, божья милость —
разнотравья сладкое молоко.
Сколько смотришь — глазу не наглядеться:
на вечерний отблеск покатых крыш,
на березок худенькое соседство,
на полей бескрайних — седую тишь.
И жуют коровы неспешно вечность,
только рябь колышет остывший луг.
А в хозяйке дышит такая нежность,
что нельзя ни вымолвить, ни вспугнуть.