Зинаида Райх
Что поделать, быть талантливым человеком, и быть хорошим человеком — вещи разные. Одна из самых драматических историй в биографии поэта связана с прекрасным стихотворением, и… с отвратительным личным поступком.
Эта история началась в революционном 1917 году: именно тогда, весной, молодой, но уже очень известный поэт Сергей Есенин познакомился с красивой машинисткой Зинаидой Райх. Ему было 21, и он принёс свои стихи в газету «Дело народа», ей было 22, и она работала в редакции издания. А, кроме того, у них нашлись и общие знакомые — поэт Алексей Ганин, друг Есенина, чьи чувства к Зине в дополнительных трактовках не нуждались: она ему очень нравилась.
В треугольнике из двух мужчин и одной женщины естественно будут проигравшие. Этим проигравшим стал Алексей Ганин: Зина предпочла Сергея. 30 июля 1917 года пара обвенчалась: свидетелем со стороны невесты стал страдающий от неразделённой любви третий лишний. Своей жестокой музе он посвятил полное тоски стихотворение:
«Она далеко, — не услышит,
Услышит, — забудет скорей;
Ей сказками на сердце дышит
Разбойник с кудрявых полей.»
["Она далеко, — не услышит", А. Ганин.]
Отходя от темы, скажу, что судьба Ганина сложилось печально: он был расстрелян в 1925 году по сфабрикованному обвинению в создании антисоветской организации. Предполагается, что дело против него было предупреждением самому Есенину.
Так или иначе, в 1917 году все ещё были молоды и живы, и не догадывались, какой жребий им выпадет.
Жизнь молодой пары складывалось хорошо, несмотря на частые ссоры. В мае 1918 года на свет появилась дочь Татьяна. И заботы о ребёнке разлучили семью: Есенин остался в в Петрограде, а Зина уехала в Орёл к родителям, где условия для воспитания малышки были лучше. Когда она вернулась обратно к мужу, уже в Москву, оказалось, что их отношения претерпели значительный ущерб: Есенин не испытывал никаких чувств к ребёнку, да и к Зине был откровенно холоден. Его звали стремительно возрастающая слава, друзья, весёлая и свободная от обязательств жизнь.
«Райх была при Есенине забитая, бесцветная и злая… Есенин держал Райх в чёрном теле, был равнодушен к их ребёнку.» — из воспоминаний Вадима Шершеневича.
Пытаясь склеить разрушенное, Зинаида совершила ошибку многих женщин — вновь забеременела.
«Вот Зина хочет родить второго ребёнка, а у нас уже есть Танечка, зачем нам сейчас другой ребёнок?», — жаловался друзьям Есенин.
В феврале 1920 года она родила сына Константина. Мальчик был слабым, и врачи посоветовали отвезти его на воды в Кисловодск.
Проблемы с ребёнком, сложные отношения с мужем, ко всему прочему добавилась и тяжёлая болезнь — тиф, и Зина слегла с нервным расстройством. Некоторое время она даже провела в клинике, восстанавливаясь от перенесённых потрясений. Есенин не пришёл к ней на помощь, напротив, подал заявление о разводе.
5 октября 1921 года их брак был расторгнут.
Неизвестно, чего ожидал поэт, оставивший жену с двумя малолетними детьми на руках, но явно не того, что она посмеет вдруг прекрасно устроиться. Когда спустя год Зинаида нашла своё семейное счастье в лице Всеволода Мейерхольда, возглавлявшего Театр Революции и организовавшего театральную мастерскую — курсы режиссёрского и актёрского ремесла, Есенин был страшно зол. Пусть Мейерхольд был на 20 лет старше своей новой жены, он имел имя и невероятную славу, а ещё был крайне состоятелен, о его доходах ходили легенды. Режиссёр усыновил Таню и Костю, заботясь о них как о родных, а из Зины стал создавать свою приму.
На счастье этой пары Есенин разразился ядовитыми виршами:
Ох, и песней хлестану,
Аж засвищет […]
Коль возмёшь мою жену,
Буду низко кланяться.
Пей, закусывай, изволь!
Вот перцовка под леща!
Мейерхольд, ах, Мейерхольд,
Выручай товарища!
Уж коль в […] ты влюблён, —
В загс — да и в кроваточку.
Мой за то тебе поклон
Будет низкий — в пяточку.
Между тем, в сухом остатке получалось, что Зина Райх вдруг приобрела всё: любящего мужчину, свой дом, блестящую карьеру, огромные гонорары… А вот Сергей Есенин своего счастья не нашёл: брак с Айседорой Дункан, который он заключил в тот же 1922 год, что и Зинаида свой новый, не продержался и двух лет, публиковали его уже не столь охотно — культура Советского Союза перестраивалась, и «кабацкая Русь» была всё менее востребована.
После длительных зарубежных путешествий поэт вернулся в Россию в 1923 году. Он всё больше пил, часто попадал в скандальные истории… И риторика его в отношении бывшей жены вдруг стала другой. В их разрыве он обвинял своего друга Анатолия Мариенгофа: «…все сделал, чтобы поссорить меня с Райх. Уводил меня из дома, постоянно твердил, что поэт не должен быть женат: „Ты ещё ватные наушники надень“. Развёл меня с Райх.» — из воспоминаний Августы Миклашевской
А о Мейерхольде и вовсе отзывался: «Втерся ко мне в семью, изображал непризнанного гения… Жену увёл…»
Многочисленные романы не приносили Есенину успокоения. Говорят, он так и не мог отпустить свои чувства к той, что посмела быть счастливой без него.
«Любил ли он кого? Я думаю, любил только первую жену. Он очень хорошо говорил о Дункан, о некоторых других, но у него не было постоянной любви, которая при этом была мучительной, потому что он не мог сойтись снова, и от него ушли.» — из воспоминаний Георгия Устинова
«Кого же любил Есенин? Больше всех он ненавидел Зинаиду Райх. Вот её, эту женщину, […] которую он ненавидел больше всех в жизни, её — единственную — и любил.» — из воспоминаний Анатолия Мариенгофа
Так, в 1924 году и родилось на свет знаменитое «Письмо к женщине». Такое обвиняющее, ведь у него — терзания, а у неё — просто терпения не хватило, не понимала она высоты и широты его души.
Письмо к женщине
Вы помните,
Вы всё, конечно, помните,
Как я стоял,
Приблизившись к стене,
Взволнованно ходили вы по комнате
И что-то резкое
В лицо бросали мне.
Вы говорили:
Нам пора расстаться,
Что вас измучила
Моя шальная жизнь,
Что вам пора за дело приниматься,
А мой удел —
Катиться дальше, вниз.
Любимая!
Меня вы не любили.
Не знали вы, что в сонмище людском
Я был как лошадь, загнанная в мыле,
Пришпоренная смелым ездоком.
Не знали вы,
Что я в сплошном дыму,
В развороченном бурей быте
С того и мучаюсь, что не пойму —
Куда несёт нас рок событий.
Лицом к лицу
Лица не увидать.
Большое видится на расстоянье.
Когда кипит морская гладь —
Корабль в плачевном состоянье.
Земля — корабль!
Но кто-то вдруг
За новой жизнью, новой славой
В прямую гущу бурь и вьюг
Её направил величаво.
Ну кто ж из нас на палубе большой
Не падал, не блевал и не ругался?
Их мало, с опытной душой,
Кто крепким в качке оставался.
Тогда и я,
Под дикий шум,
Но зрело знающий работу,
Спустился в корабельный трюм,
Чтоб не смотреть людскую рвоту.
Тот трюм был —
Русским кабаком.
И я склонился над стаканом,
Чтоб, не страдая ни о ком,
Себя сгубить
В угаре пьяном.
Любимая!
Я мучил вас,
У вас была тоска
В глазах усталых:
Что я пред вами напоказ
Себя растрачивал в скандалах.
Но вы не знали,
Что в сплошном дыму,
В развороченном бурей быте
С того и мучаюсь,
Что не пойму,
Куда несёт нас рок событий…
Теперь года прошли.
Я в возрасте ином.
И чувствую и мыслю по-иному.
И говорю за праздничным вином:
Хвала и слава рулевому!
Сегодня я
В ударе нежных чувств.
Я вспомнил вашу грустную усталость.
И вот теперь
Я сообщить вам мчусь,
Каков я был,
И что со мною сталось!
Любимая!
Сказать приятно мне:
Я избежал паденья с кручи.
Теперь в Советской стороне
Я самый яростный попутчик.
Я стал не тем,
Кем был тогда.
Не мучил бы я вас,
Как это было раньше.
За знамя вольности
И светлого труда
Готов идти хоть до Ла-Манша.
Простите мне…
Я знаю: вы не та —
Живёте вы
С серьёзным, умным мужем;
Что не нужна вам наша маета,
И сам я вам
Ни капельки не нужен.
Живите так,
Как вас ведёт звезда,
Под кущей обновлённой сени.
С приветствием,
Вас помнящий всегда
Знакомый ваш
Сергей Есенин.
В 1925 году Сергея Есенина не стало. Зинаида Райх тяжело переживала его уход, но справиться с этим ей помогла искренняя любовь мужа. Впрочем, эта история кончается печально для всех её участников: и для поэта Ганина, и для Есенина, и для Всеволода Мейерхольда и Зины Райх тоже. В июне 1939 года режиссёра арестовали, а зимой 1940 — расстреляли, его музы не стало ещё раньше: она была убита при загадочных обстоятельствах спустя месяц после ареста супруга.